П

Перчатки

Время на прочтение: 5 мин.

Это обычная история. Такая обычная, что Аня Черных, с которой эта история приключилась, не собирала подруг специально, чтобы поделиться ею, как это было, например, когда от Ани уходил муж или когда Аня съездила к шаману Мише в Йошкар-Олу, чтобы узнать, вернётся ли муж. 

История настолько обычная, что когда Аня начала свой рассказ о том, что познакомилась с мужчиной в Тиндере и сходила с ним вчера на первое свидание, её тут же стали перебивать подруги, которые собрались на традиционный обед-девичник в последнюю субботу месяца.

— Тиндер — прикольная штука, согласна. — Это сказала Женя.  

Женя единственная из всех собравшихся в этот момент была  замужем. В четвёртый раз. Женя никогда не допускала пауз между браками, переходила из одного в другой, ещё будучи в официальных, но угасающих отношениях. О том, что отношения давно угасли, ни один из бывших мужей не догадывался. Знала об этом всегда только Женя и новый будущий муж.

— Левожинская, слышали, вышла же за этого её тиндер-олигарха и  уехала в Москву. — Это сказала Оля. 

Оля в свои тридцать пять ни разу не была замужем. Но у неё было двое детей от женатого мужчины, которого она называла мужем. Помимо двоих Олиных, у этого «мужа» имелось ещё четверо детей от трёх браков, официальная жена и молодая беременная любовница. Оля была подписана в инстаграм с левых аккаунтов на всех многочисленных женщин своего мужчины, отчего всё время пребывала в депрессивном настроении и на диете.

— Кто бы мог подумать. Такая среднестатистическая вся, а отхватила себе как красотка, — сказала Лита.

Лита была как раз такой красоткой, которая должна бы отхватить что-нибудь приличное, но у неё никак не получалось. Лита — сокращённое от Аэлита. По официальной версии её так назвали родители в честь героини Толстого. А на самом деле это отец назвал её в честь своей школьной любви, с которой они мечтали пожениться и родить дочь Аэлиту. Но первая любовь не дождалась отца Литы из армии, и он назло ей женился на маме Литы. Назло назвал дочь, назло сорок лет уже жил несчастливо в браке. От него Лита унаследовала привычку делать всё назло. Себе.

— Я тоже на прошлой неделе назло своему бывшему ходила на свидание с одним из Тиндера. Представляете, его жену звали Инна и любовницу Инна. Инна! Что за имя такое — Ин-на! Я за всю свою жизнь не встретила ни одной Инны, а он спал с двумя Иннами одновременно. — Лита поморщилась.

— И что? Когда следующее свидание? — спросила Оля, тщательно пережёвывая рукколу.

— Никогда. Он счёт в ресторане предложил оплатить напополам, а потом говорит: «Ну что? Поехали ко мне?»

— Фу…

— Так что, девочки, не встречайтесь с теми, кто спал с Иннами. 

— Ну, один мужчина — это ещё не статистика, — сказала Женя. — А как его звали?

— Антон.

— Так может, это потому, что он Антон? 

Все засмеялись так громко, что люди за соседними столиками обернулись.

— Ань, а твоего тиндеровца как зовут? — спросила Женя.

— Ник. 

— Никита?

— Николай.

— Пожилой?

— Нет, нормальный. В честь отца назвали, — смутилась Аня.

— Ник Никыч, значит.

Аня хотела добавить, что Ник  очень веселый, щедрый и симпатичный, но снова заговорила Лита. 

— Ой, девочки… Я же вам не рассказывала, у Кати Погосовой муж умер.

— Господи… 

Катя Погосова работала вместе с Литой в университете на кафедре бухучёта. Лита иногда брала её с разрешения девочек на субботние обеды. У Кати был непростой брак — год назад она узнала, что муж ей изменял  десять лет с женой своего компаньона. Был большой скандал, но страсти потихоньку улеглись, все решили остаться при своих — семьи и бизнес сохранились, дружба нет.

— Он во сне умер. Тромб. Утром звонит будильник, он же рано на работу вставал, звонит и звонит, звонит и звонит. Катя давай толкать мужа, а он холодный. Закоченел уже.

— С ума можно сойти. Представляю, что она, бедная, пережила…

— Да уж, неприятно, — продолжила Лита, — но похороны такие красивые были. Кате так всё это шло. Они же только недавно переехали в новый дом. Гроб в холле поставили. Атриум, двойной свет. Красные розы, чёрное платье, бледное, похудевшее лицо. Очень стильно всё. Вы только не смейтесь и не осуждайте, но я смотрела на Катю и завидовала. Вот бы мой так: не к любовнице ушёл, а в мир иной. А я бы сидела над его гробом, вся такая красивая, и плакала. 

— Блин, Лита, ты как скажешь! Пусть живёт твой Игоряша ещё сто лет! А его новая пусть с ним мучается. За это и выпьем! — предложила Женя.

Все чокнулись и выпили. Оля только пригубила, поставила бокал с вином и грустно потянула из трубочки сельдереевый смузи.

— Оль, а у тебя как дела? — спросила Лита.

— Пока не родила.

— А когда у неё срок?

— Со дня на день. Одно радует, разнесло её как бабищу деревенскую. Стасик туда уже месяц не ездит. Скоро совсем к ней охладеет, я своего мужа знаю. Ребёнка, конечно, на себя запишет. Дети — святое. Ну ничего, одним святым больше, одним меньше.

— Ань, ну и чё, ты не договорила, как свидание-то? — перевела разговор Женя. Она терпеть не могла Стасика. — Ты такая сегодня загадочная. Молчишь, улыбаешься.

— Свидание? Нормально. Посидели в баре, выпили немножко. Договорились снова встретиться как-нибудь.  

Почему-то Ане вдруг перехотелось рассказывать, как всё было на самом деле. Как они с Ником поехали из бара ночью за город любоваться озером, как вязли в снегу, пробираясь к берегу, падали, хохотали, снова вставали и падали. Каким звёздным было небо и огромной луна. Как шли потом долго вдоль дороги пешком, потому что не могли вызвать такси, а попутки не останавливались. Как замёрзли ужасно, как грелись в маленьком кафе на заправке и пили растворимый кофе жутко-сладкий. Как почти под утро добрались до её дома, как Ник у подъезда растирал ей руки, пытаясь согреть, а она обнаружила, что где-то потеряла перчатки. Как потом долго не могла уснуть, снова и снова вспоминая всё.

— Аня, ты где витаешь? Официант спрашивает, что на десерт? — Лита легонько толкнула Аню в плечо.

— Ей что-нибудь кисленькое, чтобы сбить это сладенькое выражение с лица. 

И все снова громко засмеялись, заставив людей за соседними столиками обернуться. 

И Аня смеялась, но не глупой шутке. Она только что прочла сообщение, как будто коробку с подарком открыла: «Нашёл! Твои перчатки у меня. Ты оставила их в кафе на столике. Можно я вечером завезу?»

Рецензия писателя Дениса Гуцко:

«Рассказ очень сильный. Начинал читать, скрестив пальцы: формат «о чём говорят мужчины» (в этом случае женщины, разумеется) — очень непростой для рассказа. Друзья встретились и что-то обсуждают — и каждому нужно дать слово, каждого оживить, а ещё нужно успеть рассказать некую центральную историю.

Коротко говоря, автор справился идеально. Идеально сконструирована структура: центральный сюжет выписан одним стежком — в двух словах намечен во вступлении, прерывается разговорами других участников и затем договаривается в финале. При этом разговоры разговариваются не просто так, а совершают важную работу: детально описывают мир девчачьего «успеха», от которого Аня решает отгородиться — и этот эмоциональный жест, понятный и убедительный, позволяет договорить центральную историю компактно, избегнув ощущения скомканности финала. 

Идеально подобран стиль — сжатый, ироничный, обманчиво поверхностный (скрытый лиризм которого раскрывается в финале, когда начинается рассказ о чудесном первом свидании — ярко, но без сантиментов). Наконец, это надо уметь — одной-единственной репликой рассказать читателю, что Ник из Тиндера не просто весельчак и затейник, но человек основательный (когда-то давно, когда прогрессивное человечество ещё на начало бороться против гендерных стереотипов, я бы выбрал, пожалуй, формулировку «настоящий мужчина»): «Нашёл! Твои перчатки у меня. Ты оставила их в кафе на столике. Можно я вечером завезу?».

Ну, и юмор, конечно. Весь — в яблочко, включая обыгранный в оригинальном ключе вопрос-ответ «как дела — ещё не родила».

Из таких рассказов, которые обыгрывают тему «мужчины и женщины», вполне можно составить сборник. И заинтересовать им издателя. Лишь бы истории в сборнике были непохожи одна на другую. Что непросто, конечно: сложно написать 15-20 рассказов в одной стилистике на общую тему (хоть и широкую) — и при этом не повториться в сюжетном и смысловом поле. Сложно, но можно. Ещё один вариант — начать предлагать такие рассказы в интеллектуальный «глянец».

Рецензия писателя Романа Сенчина:

«Замечательный рассказ. Мне очень понравился. Особенно эти моменты: «Женя никогда не допускала пауз между браками, переходила из одного в другой, ещё будучи в официальных, но угасающих отношениях. О том, что отношения давно угасли, ни один из бывших мужей не догадывался. Знала об этом всегда только Женя и новый будущий муж»; «Оля была подписана в инстаграм с левых аккаунтов на всех многочисленных женщин своего мужчины, от чего всё время пребывала в депрессивном настроении и на диете»; «— Ей что-нибудь кисленькое, чтобы сбить это сладенькое выражение с лица». Остроумно, ярко, живо…

Единственное замечание: да не обычная история с Аней произошла, а необычная. Удивительная для девушек (вернее, женщин уже давно) ее круга. И Ане должно бы наоборот хотеться ее рассказать, она бы пыталась перебить подруг, а потом наоборот замкнуться, поняв, что ее не поймут, не воспримут эту почти подростковую романтику. И правильно, что она не рассказала, вернее, рассказала себе».

Метки